“Рука не дрогнет”. Генпрокурор Рябошапка рассказал о реформировании прокуратуры и ее связях с другими правоохранительными органами


13:1309.09.2019
Share Button

-Очищение прокуратуры будет происходить каскадом, сверху вниз, будет создано несколько комиссий. Мы говорили с нашими коллегами из общественных организаций, с американскими прокурорами и экспертами, мы привлечем внешних участников в эти комиссии. Хотелось бы с максимальной пользой применить опыт при создании патрульной полиции. Мы понимаем, какие там были проблемы и ошибки. И мы будем стараться избежать повторения этих ошибок, – сказал Генпрокурор Руслан Рябошапка в интервью РБК-Украина.

Мы договорились с нашими коллегами из НАБУ, что они нам помогут в проверке добропорядочности, как они помогали во время отбора в судебные органы. Это комплекс мероприятий даст нам возможность обновить прокуратуру и отобрать самых лучших, и они уже выберут самых лучших в совет прокуроров и КДКП.

Эта ситуация, скорее, ближе к МВД.

Я имею в виду, что НАБУ будет готовить материалы и показывать нам, где есть риски недобропорядочности.

Я к тому, что в центральном аппарате очищение более-менее состоялось, а на местах около 70% людей сохранились на своих должностях, начиная с представителей “Беркута”, которые, возможно, совершали преступления. Как этого избежать?

Мы обязательно учтем этот опыт. Прокуроров намного меньше, чем милиционеров, и объем работы будет намного меньше. Мы создадим часть комиссий, уже сейчас ведется работа над разработкой комплексного процесса, методов и критериев оценивания для переаттестации кандидатов: какие будут составляющие процесса, как оценивать профессиональный уровень и доброчестность кандидатов.

У полиции в то время таких материалов не было. Тем более, была попытка в 2015-16 годах провести такую реформу прокуратуры, тогда не получилось. Мы этот опыт тоже применим.

Руслан Рябошапка: Рука не дрогнет по кому угодно, кто есть в парламенте

Вы планируете сократить численность сотрудников Офиса генпрокурора, как я понимаю, на треть. Получается, у нас 5000 прокуроров зря едят свой хлеб. Какие это отделы или направления?

Нельзя сказать однозначно по конкретным направлениям. Мы сделаем статистику после того, как проведем переаттестацию и увидим, какие подразделения потеряли больше всего кадров.

Я бы, возможно, обратил внимание в первую очередь в плане переаттестации на средний или промежуточный уровень, это областные или региональные прокуратуры и, очевидно, самое важное направление или элемент системы – это местные прокуратуры, где людей не хватает и где самый большой объем работы. Надо сместить акцент с среднего и верхнего уровня на местные прокуратуры. По большому счету, в областных прокуратурах не так много работы.

Когда вы уволите прокурора Луценко?

Мне кажется, я уже подписал указ о его увольнении. 4 сентября квалификационная комиссия должна была принять решение по нему относительно дисциплинарного взыскания, там два дела, и после этого решение будет реализовано. Он написал заявление, вопрос был только в дате.

Последние годы прошли под знаком противостояния Генеральной прокуратуры и НАБУ. Вы сможете найти продуктивную коммуникацию с Артемом Сытником, есть ли она у вас? И как вы оцениваете деятельность Назара Холодницкого?

В последние годы, на самом деле, была не только война между Генпрокуратурой и НАБУ. Некоторый период была война всех против НАБУ, начиная с НАПК, СБУ, Генпрокуратуры, все пытались разорвать НАБУ. Не хваля и не критикуя никого, одно из самых важных направлений работы – ГПУ должна стать координатором и лидером работы всех правоохранительных органов, параллельно осуществляя процессуальное руководством и надзор.

В борьбе с преступностью ключевая институция – это не полиция и не НАБУ, а прокурор как человек, отвечающий за результаты досудебного расследования. У нас длятся дискуссии о том, что следователь – процессуально независимая фигура, но центральной фигурой в досудебном расследовании является прокурор. У него достаточно процессуальных механизмов, чтобы обеспечить эффективное расследование. Роль прокурора должна быть в том, чтобы эффективно использовать возможности разных органов досудебного расследования: СБУ, ГБР, НАБУ, фискалов, полиции.

А что на счет Холодницкого?

Не хочу публично оценивать его работу, было достаточно оценок, в том числе, с моей стороны до того, как я пришел на эту должность. Пусть пройдет немного времени, Назар Иванович вернется из отпуска, тем более, сейчас есть эффективная коммуникация с НАБУ, есть процессуальный результат. Несколько подозрений высоким госчиновникам уже готовы, вскоре ряд интересных материалов будут переданы в Высший антикоррупционный суд.

Одно из этих подозрений касается экс-главы НАПК и вашего бывшего руководителя Натальи Корчак. Вы уже его подписали? И как это вообще: подписывать подозрение своему бывшему руководителю?

Подозрение Корчак я подписывать не могу, и не потому, что я не вижу правовой позиции, а потому что очевиден конфликт интересов. Мы с Корчак пребывали в разных ситуациях, в том числе конфликтных, потому я не могу в отношении нее принимать процессуальных решений. Есть другие заместители генерального прокурора, которым будут переданы материалы, и пусть они принимают решение.

Относительно политических оценок. Оппоненты президента Зеленского говорят, что его инициативы, проводимые через парламент – это узурпация власти. Если нейтрально подойти к этому вопросу, то это начало монополизации власти. Вы так не считаете?

Я же генеральный прокурор, я не даю политических оценок.

Если вы с прокурорской точки зрения увидите признаки узурпации власти, вы будете готовы завести дело против президента Зеленского?

Я уже говорил, что нет неприкосновенных, все равны перед законом. Не имеет значения фамилия президента, есть процедуры, предписанные Конституцией. А они выписаны таким образом, что этот процесс практически невозможно реализовать. Для нас не будет иметь значения, представляет ли человек в парламенте политическую партию президента или нет. Та партия, которая прошла в парламент под именем президента, должна быть под еще большим присмотром и прицелом, потому что эти люди несут большую ответственность за то, что происходит в стране.

Как вам предложение Зеленского записать в Конституции, что президент назначает главу НАБУ и Госбюро расследований?

Он же и сейчас это делает.

Но сейчас он это делает сугубо церемониально, по результатам открытого конкурса.

Так и будет.

Но если будет конституционная норма, под нее можно будет и закон переписать.

Закон можно и сейчас переписать.

Но легче закон переписать, чем Конституцию?

В законе и сейчас можно изменить перечень оснований для увольнения, то, что хотело сделать тогдашнее большинство в Раде два или три года назад. Если бы мы хотели поставить под контроль НАБУ, эти изменения давно можно было бы внести.

Эти изменения связаны с тем, что есть риски, связанные с нашим Конституционным судом, который непредсказуем ни для кого, и история с отменой ответственности за незаконное обогащение тому пример. Есть возможность НАБУ и ГБР поставить за чертой закона, мы бы хотели этого избежать.

Как вы оцениваете антикоррупционное законодательство в том аспекте, что руководителя САП или НАБУ снять почти невозможно?

Это не совсем правда. Есть гарантии независимости для людей, от которых очень многое зависит в Украине.

То есть, вас этот механизм устраивает?

Я бы сейчас его не менял. Разговоры о возможной узурпации власти еще бы усилились. Антикоррупционные институции, судебная ветвь власти должны иметь достаточные механизмы независимости.

Как вы относитесь к деятельности ГБР, надо ли перезагружать этот орган? Надо вносить изменения, о которых говорит общественность, в частности о коллегиальном управлении этим органом? К самому Роману Трубе также много вопросов.

В ОП были наработаны изменения относительно ГБР и не исключаю, что они вскоре будут внесены в парламент. Есть ряд проблем, в том числе и коллегиальное управление. Есть и другие, например, территориальные кустовые структуры, которые нерациональны и не дают возможности эффективно работать. Эти вещи надо срочно устранять. Если деятельность ГБР не будет устраивать общество, необходимо реагировать.

Говорить, что надо уволить руководителя какого-то правоохранительного органа, это уже политическая позиция. Что важно для генерального прокурора – мы создадим KPI органов досудебного расследования, для ГБР свои приоритеты, для Национальной полиции – свои, для Службы безопасности – свои, для НАБУ – свои. За эти приоритеты должен отвечать генеральный прокурор, до нового года их надо определить, чтобы их увидели медиа и общество, а в конце уже следующего года по этим KPI спросили.

Руслан Рябошапка: Рука не дрогнет по кому угодно, кто есть в парламенте

Какие у вас отношения с Иваном Бакановым?

Честно говоря, почти никаких, и немножечко профессиональных.

“Немножко профессиональных” это как?

Я только очень недавно начал работать на этой должности, и наши отношения с того момента и стали профессиональными.

А до того не было никаких?

На должности в ОП я очень мало пересекался с Иваном Геннадьевичем, это могли быть какие-то согласования по кадровым назначениям в СБУ.

Почему спрашиваю: вас связывают с группой Андрея Богдана в окружении Зеленского…

А кто еще входит в эту группу, можно поинтересоваться?

Из ваших – Касько. С другой стороны, есть группа “Квартала”, и Баканов ее яркий представитель. Это правда, что между этими группами влияния есть конфликт, в частности, относительно назначений в СБУ?

Нет конфликта.

Вы согласовывали назначения Баканова в СБУ беспроблемно?

Не всегда, но это не значит, что у меня есть какой-то конфликт с Бакановым. Просто не всегда те люди, которые советуют Ивану Геннадьевичу в Службе безопасности, советовали самые лучшие кандидатуры, некоторые из них казались ошибочными.

А кто советует Ивану Геннадьевичу в Службе безопасности?

Пусть Иван Геннадиевич сам даст ответ.

Анатолий Матиос?

Думаю, Иван Геннадиевич раскроет эту информацию для вас.

Когда вы ликвидируете военную прокуратуру?

Закон, предусматривающий ликвидацию, будет рассматриваться парламентом на следующей неделе. Будет определен порядок передачи производств, кто что должен делать, кто за что отвечает и в какие сроки. Это не означает, что все люди в военной прокуратуре – негодяи, это абсолютно не так, но часть из них должна будет оставить свои должности, это будет происходить через процедуру переаттестации.

Те, кто будет соответствовать критериям профессионализма и доброчестности, мне кажется, там большинство таких людей, останутся работать в прокуратуре, если захотят – именно по направлению военных преступлений. И мы видим необходимость в подразделении, которое бы осуществляло процессуальное руководство в преступлениях против порядка несения военной службы.

То есть, вы ликвидируете военную прокуратуру, чтобы создать военную прокуратуру?

Нет. Это не означает, что эти люди будут расследовать военные преступления в Житомире или Львове. Это должно быть связано с обеспечением работы в районе ООС.

Есть еще интересная идея создать департамент, который бы координировал процессуальное руководство по расследованию военных преступлений, преступлений против человечности и т.д., который бы собирал, документировал, фиксировал все материалы, связанные с событиями на востоке и с оккупацией Крыма, коммуницировал с международными органами уголовной юстиции.

Когда можно ожидать ратификации Римского статута?

Я хотел бы, чтобы это случилось как можно скорее. Нам от этого хуже не будет, должно быть только лучше. Мы уже взяли на себя все обязательства по Римскому статуту, еще с 2015 года. С тех пор перед Международным уголовным судом у нас есть только обязательства, но нет никаких прав. И то, о чем говорят, что наши военные не смогут выехать куда-то за рубеж, это глупость, потому что парламент уже дал согласие, и военные выезжают, и никто в отношении их не применяет никаких мер.

Очень плохоПлохоХорошоНормальноОтлично (Нет голосов)
Загрузка...
Понравилась статья? Расскажите друзьям!
Share Button


Обсуждение

Пожалуйста, чтобы добавить комментарий.

© Inshe.tv

Share Button